Увеличенная

Два сцепленных трезвучия

Возьмите до ми соль♯ и трезвучие полутоном ниже — си ре♯ соль — и сыграйте шесть звуков вместе: это и есть вся гамма. Такое устройство объясняет чередование шагов, ведь от каждого звука одного трезвучия до ближайшего звука другого лежит полутон, а дальше до следующего — малая терция.

Отсюда и второе имя — гексатоническая увеличенная, — и то, что её чаще преподают как пару позиций, а не как последовательность из шести звуков. Помысленная как два трезвучия, она играется сразу; помысленная как гамма, трудно поддаётся фразировке.

Три мажорных и три минорных — столько же, сколько в мажорной гамме

Именно здесь увеличенная гамма расходится со своими симметричными соседками. Наш гармонический разбор возвращает формулу семейства 3×3: три мажорных трезвучия (до, ми, ля♭) и три минорных (до-минор, ми-минор, ля♭-минор) — ровно столько же, сколько в обыкновенной мажорной гамме. Плюс шесть увеличенных трезвучий и ни одного уменьшённого.

Раз эти трезвучия есть, есть и функции. При чтении от до разбор назначает до тоникой, ми субдоминантой и ля♭ доминантой, а на тех же основных тонах выстраивается параллельная минорная система. Симметричная гамма, которая при этом держит полное функциональное прочтение, — редкость, и именно поэтому она способна одна вынести целое построение, чего целотонная не может.

Четыре транспозиции, а не двенадцать

Поднимите гамму на малую терцию — вернутся те же шесть звуков, так что двенадцать начальных нот сводятся к четырём коллекциям. Это больше разнообразия, чем даёт целотонная гамма, и заметно меньше, чем у семизвучной: удобная середина, достаточно привычная для запоминания и достаточно симметричная для неожиданной модуляции.

У симметрии есть практическое следствие: любая выученная фигура переносится на большую терцию вверх или вниз и остаётся внутри той же коллекции, так что одна идея обслуживает три тональности. Гитаристы пользуются этим напрямую, поскольку большая терция — фиксированный сдвиг на четыре лада.

Колтрейн и модуляция по большим терциям

Самое известное применение большетерцовой симметрии в джазе — цикл « Giant Steps », где тональный центр движется большими терциями вместо квинт. Увеличенная гамма ложится туда естественно, ведь её собственная структура повторяется ровно через этот интервал, и позволяет связывать тональности, которые классическая гармония считает далёкими.

В девятнадцатом веке то же отношение возникает как краска, а не как система: Лист и Римский-Корсаков сдвигаются по большим терциям ради эффекта. Современному исполнителю гамма даёт единую коллекцию, покрывающую все три центра сразу, — по-настоящему иной способ думать о смене аккорда.

Частые вопросы